буду пиратом

Назад в подвалы

Прямо с утра пока темно и мир ещё в постели подземный переход полон ярких проявлений актуальности. В половине восьмого утра гулкие своды уже оглашают жалобы на соседа, у которого на фабрике стачка и скорбное бзынь расстроенной гитары. Ты привычно наполняешься мрачной безнадёгой, когда замечаешь, что аскером у музыкантов – чернющий негр. Сжимая в руках ушанку, он бросается к прохожим с боевым кличем уральских горцев «Ой-йоооо!» Шапка как никогда полна медью - живо ещё в россиянах бремя белого человека.

И только заправленный спозаранку рябиновкой Стёпка-Вчетыреноги, спустившись в переход на ежедневный христорадный промысел, едва не обделался от экзистенциального ужаса.
буду пиратом

О лапидарности

Считается, что самую длинную повесть в истории человечества – «Океан сказаний» из семисот тысяч двустиший поведал индийский бог Шива своей жене Парвати в благодарность за секс. Он рассказывал её пятьсот вечеров, которые Парвати провела оседлав лингам рассказчика.
Самую короткую историю в мире рассказал сегодня двухлетний пассажир маршрутки №16 в красивом голубом комбинезончике. Оседлав анемичного вида мамашу, он пытливо сканировал окружающую действительность, пока не замер от нисхождения сатори. Одним усилием воли он сменил цвет нижней части комбинезона с небесно-голубого на синий. Когда пятно достигло максимального размера, он повернулся к мамочке и громким шёпотом изрёк:
«Мама, я всё!»
буду пиратом

Муха по имени Джонатан Ливингстон

Когда я стану большим и умным, я непременно напишу роман «Муха по имени Джонатан Ливингстон». Сюжет будет такой.

Муху по имени Джонатан Ливингстон с детства смущает узость мышления мух, озабоченных лишь гневным жужжанием и непрерывным битьём о стекло. Джонатан всецело отдаётся тренировке искусства полёта как образа бытия. В определённый момент он оказывается не в состоянии мириться с правилами примитивного существования мушиного социума. Изгнанный из роя, он ведёт идиллическую жизнь отшельника.

Однажды Джонатан встречает двух сияющих зелёных мух, которые забирают его в совершенную реальность – за пределами оконного стекла, в следующий, лучший мир, достижимый через собственное самосовершенствование. Этот мир населён мухами, посвятившими себя искусству полёта. В новом мире Джонатан знакомится с Цокотухом — мудрой мухой-старейшиной. Цокотух становится наставником Джонатана, учит его перемещаться сквозь оконное стекло через отрицание существования окон, и демонстрирует глиняный пулемёт.

Через некоторое время Джонатан принимает решение вернуться на Землю, чтобы передать полученные знания таким же мухам, каким он сам был когда-то, чтобы поделиться страстью к полёту и стремлением к совершенству. Джонатан собирает небольшую команду из мух, изгнанных роем, и начинает обучать их мастерству полёта. Добившись впечатляющих успехов, вся команда под предводительством Джонатана набирает релятивисткую скорость, чтобы преодолеть пределы оконного стекла.

Collapse )

буду пиратом

История одного дома

В раковине – Эверест немытой посуды. В его предгорьях самоорганизуется жизнь, у подножия уже изобрели колесо. Холодильник напротив, давно необитаем и превратился в мещанский реликт. Изредка в него заглядывают квас и светлое нефильтрованное. Телевизор принял беспечный целибат. Зато дюжина книг расцвела закладками всех форм и размеров, свидетельствуя о читательской ветрености. Бумажник отвык от шелеста купюр, в нём бренчит лишь мелочь – конденсат былого шика. По вечерам дом резонирует со звуками корявого блюза, столь странно уместными в этой сибирской Алабаме. В центре нового дивного мира сидит человек, раздетый в трусы, и архаично выводит ручкой «Лето – это маленькая жизнь!»
буду пиратом

Убить дракона

Пожалуй, в жизни каждого человека случаются моменты, когда ты молишься о том, чтобы Бог, будь ты трижды атеистом, сейчас смотрел в другую сторону. Сегодня со мной произошёл как раз такой случай. И вот моя исповедь.

В каждом приличном фильме ужасов присутствует образ исчадия ада, волею судеб нашедшего приют в детской игрушке. Для нагнетания саспенса такая игрушка обычно издаёт нежные звуки, резко контрастирующие с демоническим характером вселившейся в неё сущности. Потому-то любитель триллеров со стажем относится к неваляшкам, пупсам, и особенно, музыкальным шкатулкам с большим подозрением. В силу биологических причин мой дом доверху набит игрушками. Обычно они коротают век в специальных резервациях и докучают мне не чаще мумии Ленина. Всё изменилось сегодня ночью.

Как-то так и происходит в фантазиях Стивена Кинга. Герой смирно дремлет в постели, когда на его голове начинают тревожно шевелиться волосы. «Я дракон, люблю поесть, Надо мне еды не счесть!» - странное, неуместное двустишие мигом прогоняет сон, а волосы на остальной части вашего тела следуют примеру Президиума. «Как увижу я еду, к ней иду, лечу, бегу!» - поёт в кромешной тьме трогательный фальцет. Писк приглушён, словно звучит из третьего круга ада, согласно Данте специально отведенном для гурманов и обжор. «Помню как-то суп в июле съел с тарелкой и кастрюлей» - бесовские куплеты продолжаются, но рассудок с явной неохотой возвращается к хозяину. Откинув одеяло, он спешит к корзине с игрушками. «…и картошечку в охотку проглотил со сковородкой!» - не унимается незримый Гаргантюа, когда герой суёт руку в пекло.

Collapse )
буду пиратом

О непредвиденном вреде донорства

С тех пор, как мой район покрылся зарослями новостроек, зданиям стало не хватать номенклатуры. Новым постройкам присвоили номера с дробями, после чего мой дом стал близнецом пары десятков жилых коробок высокой плотности. Эта высшая математика привела к тому, что меня постоянно навещают чужие родственники, пьяненькие гости и даже сутенеры. Но сегодня был совершенно особый день.

Сегодня, как назло, я впервые в жизни стал донором. Всё прошло наредкость удачно – во время сеанса забора крови я благополучно вырубился, после чего во мне проделали уже третье за день отверстие (помимо вены и пальца), в которое принялись спешно закачивать физраствор. В результате я покинул станцию переливания с двумя бинтами, красочными бантиками украсившими мои локтевые сгибы. В таком виде меня и застал стук в домашнюю дверь.

Collapse )

буду пиратом

Молох

Сперва он воздал хвалу Солнцу, позволившему увидеть её. Свет замирал на ней, кутался в её волосах, ласково гладил кожу, бесстыдно медлил в складках одежды. Уже через секунду он ревновал её к каждому фотону. Он чувствовал, как красота проникает в тело с неумолимостью вируса. Он попал в лапы эротического механизма, способного смолоть его в муку, плюнуть, и из получившегося теста слепить покорённого голема. Им будут двигать не похоть и вожделение, но отсутствие надежды выжить вне её поля зрения.

«Беги, дурак!» - хотел крикнуть я сорванцу. Но он уже дёрнул её за косичку, а она, обернувшись, демонстрировала ему свой язык.

буду пиратом

Lost

Поздний вечер пятницы. Из подъезда выходит презентабельного, но взволнованного вида человек. Он сворачивает на пандус для вывоза бытовых отходов и среди мусорного завала находит огромный чёрный пластиковый мешок. Чертыхаясь, он погружает руки внутрь, и некоторое время сосредоточенно шарит. По всей видимости, человек не достигает цели, поскольку вскоре он достаёт из кармана мобильник, и, подсвечивая им путь в пучину, проникает в мешок с головой. Вскоре из мешка раздаётся восклицание и человек высвобождает из объятий отбросов початую бутылку виски. Удовлетворённо крякнув, человек замечает семейную чету с ребёнком, которые, распахнув челюсти, наблюдают за развитием ночного сюжета.
- Здрасьте! – говорит человек, и смущённо пряча бутылку в полах пальто, возвращается в подъезд.

Collapse )

буду пиратом

В булочной

- Подайте баранок, пожалуйста!
- Вам каких?
- Тех, что радиусом побольше.
- Чем больше?
- Радиусом
- ЧЕМ?
- Подайте ему вот тех, здоровенных! – вмешивается благообразный дед с академической бородкой. Затем поворачивается ко мне, подмигивает, и весело добавляет, - а вы, молодой человек, нашли, где выё*ываться!