буду пиратом

(no subject)

Всякий раз, оказавшись в маршрутном такси без наушников, я задаюсь вопросом: "Когда умолкнут все песни, которых я не знаю?"
буду пиратом

No limits

Что мне нравится в Свидетелях Иеговы, так это уважение к замкАм, - они ломятся к вам неделю и на том выдыхаются. Не такова кошка по кличке Тян. Ненависть к институту дверей роднит её с коллекторскими бюро. Закрытая дверь вызывает в животном аффект. Так ведёт себя галлюцинация, заподозрившая, что её никто не видит. В страхе развоплощения кошка таранит дверь, транслируя в пространство типично хтонический вой. Тварь не устаёт никогда. Она осаждает преграду с динамизмом монголо-татарской орды, а ты дрожишь в ванной, безоружный, но с причёской Сигурни Уивер.

Конечно, дверь можно исключить. В этом случае, объект займёт место напротив, и придавит взглядом представителя ювенальной юстиции, в ожидании признаний и пикантных деталей. Этот взгляд уверен, стоит ему моргнуть, как ты погрязнешь в поэзии и содоме (порядок вариативен). Прямо сейчас, и да, в этом самом виде. Есть у кошки претензии к клеткам. Сначала стремление прорваться сквозь прутья мы с попугаем приписывали типичной для хищника страсти. Птица красноречиво наставляла кошку в гуманной теософии и обращала в вегетарианство. Очевидно, мы ошибались. Это банальное стремление к трансцендентности.

Квартира превратилась в реалити-шоу. Купание в ванной заменил контрастный душ, туалет — строго по расписанию. Мы живём в полутьме — шторы задёрнуты в надежде схоронить главный зимний секрет — окна тоже можно открыть. А между «можно» и «нужно» так легко поставить знак равенства.
буду пиратом

За каменной стеной

Он шёл вразволчоку, загребая воздух плечами и оглушая ночные улицы молодецким свистом. Чёрный бомбер нараспашку, петушок на хронически бритом затылке, три полоски на трениках. Личность с магнетизмом такой силы способна высосать гемоглобин из крови наблюдателя. Конечно, он был не один. С ним была особа, в организации внешности которой особую роль сыграли меха и красители. И если контраст палитры одежд просто ослеплял, то расцветка лица была способна вызвать системный сбой у хамелеона.

Она цепко сжимала его бицепс, он влёк её в ночь. «Эээх, бля!» - временам вскрикивал он, орошая пространство распирающей душу благодатью. Она посматривала на него с нежностью, а на пустынные улицы с вызовом. Встречный прохожий выглядел как человек из района, где внешняя сексуальная привлекательность традиционно ценится выше, чем способность к мимикрии под хищника. Внезапный окрик «Опа-опа!» загнал прохожего в сугроб.

Он усмехнулся, дивясь широте границ личной зоны комфорта, а она, вконец разомлев, повлеклась в будущее. За крепким, надёжным плечом.
буду пиратом

В начале было слово

-Ты тожэ это видэл!? Скажи! Точно, а! Может развернёмся, а? Ты моя счастливая звезда, слушай!

Спортивная попка в домашних ситцевых трусах — физическая константа, постоянная в любую погоду. За бортом такси -1С, внутри — баня. Таксист пытается понять силы, способные склонить потрясную цыпу обнажить трусы у обочины во тьме. Что за пустая растрата ресурса? Неглиже на трассе лишено смысла. Не будь света фар его экипажа, зрелище сгинуло бы для восприятия, как звук дерева, упавшего в глухом лесу. В такси запотели окна.

-Говоришь, билэт забыл? На концэрт?
-Да, сегодня «Аквариум» выступает.
-Пофигу на «Аквариум», может она на концэрт переодевалась? Но зачэм дома не одэлась? Нэ! Для платья она бы надела стринги!
-Может она с горнолыжки переодевалась? Тут рядом лыжная база.
-Можэт, можэт! Но почэму не в машине? Она жэ у машины стояла!
Он погрузился в репродуктивные грёзы.
-А можэт разврэрнёмся, спросим, а?
-Я на концерт опаздываю.
-Пф... Да сдался тэбе этот Грэбень! Я его вчера у Бронштэйна видел. Знаешь Бронштэйна? Я его ещё со стройбата знаю. Мировой! Хочэшь познакомлю?
-Мы знакомы...
-Но послушай, зачэм она в трусах, а? Паранорррмальные трусы, слушай! Зачэм у дороги?
-Ну, может склонность у человека к эксгибиционизму...
-Как ты сказал? Экс... што?
-Это люди, которым нравится обнажаться при незнакомцах.
-Слово такое есть, а? Не врёшь?

Мимо неслись серые сугробы, дебри безоконных сараев, мир заборов и теней. Он молчал, но в зеркале заднего вида танцевали глаза. В них — золотые пляжи, томящий ситец и волоокие посулы.
-Ну,- вздохнул шофёр, азартно нежа клаксон на повороте, - раз слово есть, значит и такое бывает.
буду пиратом

Экзистенциальный камаз

Бабуля бранила Камаз. Самосвал цвета десятирублёвой купюры выделялся среди коллег внутренним содержанием. Лобовое стекло освежал кумачёвый вымпел с золотыми кистями и сусальным трафаретом «Серёга». Тон интерьеру кабины задавали чехлы на сиденьях в виде тигриных шкур. Руль с коробкой передач затянуты в кремовый плюш. Домашний уют капитанского мостика дополняли строгие лики образов и фотопортреты бедных на одежду леди.

Бабуля в шапке, похожей на лиловое дилдо, грозила Камазу зонтиком. Как дама, рождённая в мире, где находилось место чердаку и подполу, она кричала, что всему своё время и место. А сейчас не время, и не место. Прохожие кивали. Была в её словах некая зудящая логика. Она обжигала, как жареный помидор.

Камаз Серега пыхтел и урчал. Он был бы рад свалить, но попал под напор обстоятельств. Не в силах возражать прошлому, он улизнул глубоко в себя. Его мрачный облик выдавали фары — круглые, чуть удивлённые. «Интересно», - думал он, - «сколько народу, читая «Войну и мир», восторгались искусством пить как Долохов, вместо соучастия в духовных поисках Пьера? Или вот, удобно ли курить перед расстрелом, или это вредно для здоровья?»

Камаз ждал, пока откроют ворота. Он освободит тротуар, и собственный кузов. Бабуля уйдёт в прошлое, а вопросы останутся. Или о чём обычно думает Серёга, пренебрегая явью и вечно хмурясь в усы?
буду пиратом

Про страсть

На щеке рдеет свежий след пощёчины. Во мгле цвет моего лица приятно симметричен, но утром анфас расцветёт красками Матисса. И, главное, эти следы засосов на шее… Она поблизости, полна репродуктивной страсти. Я зол, но увлечён ею полностью, сейчас она – обнажённая реальность.

Каждый человек в физическом смысле светится, я излучаю тепло, а значит – инфракрасный свет. В таком свете я – слишком хорош. Изолирую прелести одеялом. Напрасно, – чувства сильнее логики. Она приближается.

Ей уже мерещится стая детей, горшок с геранью и жёлтый в бахроме абажур. Заношу ладонь. Луплю себя по уху. Она с ехидным звоном скользит между пальцами и готовится к новой попытке. Минует третий час ночи.

Тянусь за блокнотом. Пишу.
№1 – «Купить москитную сетку»
Ощупываю битое лицо. Тайлер Дёрден добавляет второй пункт.
№2 – «Никому не рассказывать о клубе»
- Взз! – поддакивает она.
буду пиратом

Про усы

Подумываю отпустить усы. Не спешите меня осуждать. Против усов организована настоящая кампания: теперь их почитают за нравственный дефект. У наблюдателя они вызывают брезгливость, у носителя – чувство подавленности. Но ведь усы – умны. Они вдохновляли Эйнштейна, Теслу и Декарта. Им не привыкать тешить зрителей, - вспомним Сальвадора Дали, Ницше или Гитлера. Усы подобно дельфинам приятны на ощупь, их можно и нужно ласкать. Пока же усы всё больше прозябают в одиночестве или неволе, где лишены семьи и общения с себе подобными.

В тренде бороды. Они компенсируют утраченные эпохой брутальность, ум и благородство. Но давайте смотреть отвлечённо. Лишите бороду усов – и вы похожи на промышляющего шпинатом матроса или воинствующего ваххабита. Усы – это стиль. Усы – это звон шпаг, свист картечи, ржание боевого коня, звезда шерифа, декаданс, символизм и хруст французской булки. Усы чинят правосудие, пишут стихи, ведут паровозы, укрощают молнии, отбеливают паруса, прячут в кустах радар… Если борода это скаляр, то усы – вектор. Усы – это…это… своего рода экзистенциальная феноменология с привкусом ретро.

Кхм-да-а… Бармен, ещё два абсента, пожалуйста.
буду пиратом

Let it show

Два часа назад. Митинг около памятника Бабру. Десяток человек с плакатами, проклинающими произвол трансцендентного института силовиков. «Долой!» «Не позволим!» «Позор!» Небо мстительно орошает борцов ледяным дождичком. Вокруг группы с транспарантами носится двухметровый детина в пилотском шлеме и зелёной балетной пачке, дающей жизнь голым ногам, поросшим густым ворсом. В руке у детины волшебная палочка феи со звездой на вершине. Рядом, сидя на мокром асфальте, бьёт в там-там человек, одетый в костюм недостающего звена эволюции. Фей дарит улыбки прохожим, машет палочкой и пританцовывает. Недостающее Звено стучит. Борцы с произволом мокнут.

Пассажиры автобуса на светофоре превратились в зрителей. Сквозь запотевшие стёкла, скрадывающие чёткость и размывающие свет, сцена напоминает полотно в стиле импрессионизма. Благообразный дедуля, насытившись зрелищем, оборачивается к сидящей рядом румяной тёте в косынке.
- Show must go on! – произносит он, кивая за окно.
- Точно в говно, - соглашается тётя. – Или просто пидарас.
буду пиратом

Доброе дело

Друзья, прекрасная yaff очень в нас нуждается. Рекомендую её как обладателя уникального внутреннего мира, который, к счастью, с ураганной силой прорывается во внешний и меняет действительность в добрую сторону.

Далее цитирую langobard

Дорогие друзья! Новости сегодня не хорошие, а деловые, поэтому сразу перейду к новостям.
Операция прошла успешно, но...
Запущенность болезни потребовала более сложной, а значит и более дорогой операции. Плюс потребуются еще три химиотерапии и два месяца проживания в Сеуле.
Если в деньгах, включая обратный билет и возврат Альберту Налимову почти тысячи долларов, которые ему пришлось одолжить, чтобы оплатить операцию полностью, то требуется еще около десяти тысяч долларов.
ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ.
Мы начинаем новую и, будем надеяться, последнюю волну сбора средств на спасение нашей Татьяны.
Не факт, что нам удастся собрать всю требуемую сумму, поэтому вот какая огромная просьба. Если у кого-то просматриваются варианты крупного спонсорства (частного или общественного), пожалуйста, давайте рассмотрим все варианты.

Collapse )
буду пиратом

Истоки

С рёвом чахоточного аэробуса проплывает тонированная девятка. Битая, ржавая, заплата на заплате, она похожа на кирзовый валенок со спойлером. Люто фырчит обрезом выхлопной трубы водила в меховой кепке и осанкой принца. Бабуля на остановке – внучке.
- Вот дед твой такой же яркий был парень. Бывало, трещотку к спицам пришпорит, катафот на велике начистит, и ну меня из школы забирать. Ну как тут было мамку твою не сделать?